Сюда приходит память…

 | Печенга |

Александр Яковлевич Юневич. Это имя хорошо известно тем, кто хоть немного знает историю нашего края, особенно периода Великой Отечественной войны. Учитель из Белоруссии, в лихую годину ставший легендарным командиром разведотряда морской пехоты Северного флота, не раз совершавшего дерзкие вылазки в тыл врага. Его имя гремело над сопками Среднего и Рыбачьего; знакомством, а уж тем более совместной службой с ним гордились, а немецкое командование обещало награду за его голову. Он не дожил до Победы, но очень много сделал для её приближения.

29 марта 1943 года в 2 часа 15 минут разведгруппа в составе 48 человек под командованием капитана Юневича высадилась на вражеский берег губы Малая Волоковая в свой последний десант. Согласно архивным данным, перед разведчиками стояла задача пройти в тыл немцам и уничтожить штаб одного из немецких полков, а к вечеру этого же дня с «языком» и документами вернуться к катерам. Однако оказалось, что наших уже ждали: группа практически сразу была окружена. Почти 30 часов длился неравный бой. Два раза за это время Юневич вызывал на себя огонь наших артиллерийских батарей. Попытки снять группу или пробиться ей на помощь ни к чему не привели. После второй артатаки стало ясно: на связь от Юневича больше никто не выйдет...

Казалось, что выжить в том аду невозможно. Но силой нечеловеческой воли через шесть суток после гибели отряда один из разведчиков, тяжелораненый и обмороженный, приплыл с немецкого берега на самодельном плоту. Это был Александр Бакин. Но, к сожалению, его испытания на этом не закончились: подозрения в измене и предательстве своего командира, а затем ещё 30 лет попыток добраться до сопки, где погибли друзья, и похоронить их, как достойно героев.

Лишь в семидесятых годах прошлого века подробности последних часов жизни Александра Яковлевича Юневича и его бойцов, а также честное имя старшины 2 статьи Александра Игнатьевича Бакина были восстановлены — в 1975 году вышла в свет книга ещё одного защитника Рыбачьего В. Кожуховского. А в 1977 году в своей книге «Место боя — берег» командующий Северным оборонительным районом генерал-лейтенант С. Кабанов напишет: «Бакин был героем». Тогда же, в середине семидесятых, воплотилась в жизнь заветная мечта Александра Игнатьевича: останки разведчиков Юневича со всеми почестями были преданы земле, а на месте их последнего боя силами энтузиастов был возведён мемориал с пронзившим небо штыком.

Спустя 65 лет, 30 марта 2008 года, на этом месте собрались люди — участники памятного похода, посвященного 70-летию Мурманской области и 65-летию подвига отряда капитана Юневича — возраст которых в основном составил 17-18 лет.

Поход этот начался двумя днями ранее. Уже был и трудный, по заснеженной дороге, тридцатикилометровый переход через перевал, и подъём на Муста-Тунтури, на высоту «Погранзнак», и «полевая» кухня — собственными руками приготовленные на костре завтраки и обеды. И осознание того, что тогда, на войне, было ещё труднее: не всегда, как в эти дни, светило солнце, не всегда в наличии были костёр и банки с тушёнкой, и не всегда можно было вот так же после трудного перехода отдохнуть, погонять мяч, устроить соревнования по стрельбе. Да и не соревновались тогда: стреляли не по мишеням, а по живым людям, так как знали — не ты, так тебя...

Что такое подвиг? Нашим поколениям — детям и внукам героев — взращённым на воспоминаниях живых участников тех страшных событий, на военных книгах и фильмах, было легче представить, как это было. Мы больше знали о самой войне, о её ужасных последствиях. А как объяснить сегодняшним мальчишкам и девчонкам, что такое война, как она ломала судьбы, на какие самопожертвования шли люди, чтобы они, сегодняшние, жили в свободной стране?

Но здесь, на Муста-Тунтури, объяснять и не пришлось. Уже лежали позади отмерянные в походе километры. Своими глазами ребята видели на скалах россыпи ржавого железа, шестьдесят лет назад нёсшего смерть таким же, как они, молодым парням. Притихшие, слушали рассказ Михаила Григорьевича Орешеты, директора Центра гражданского и патриотического воспитания, о твёрдости людей, охранявших пограничный знак уже не существующей границы, но существующей Родины (после мирного советско-финского договора 1940 года государственная граница, ранее пролегавшая по хребту Муста-Тунтури, была отодвинута на запад, но оставшийся пограничный знак стал своеобразным символом, захватить который за 4 года фашисты так и не смогли). Это ли не лучшее свидетельство того, что подвиг — не абстрактное понятие, а реальная жизнь их сверстников из поколения,опалённого войной? А как раз вдень, когда состоялся поход к месту гибели десанта Юневича, свой нрав показывала погода. Столбик термометра поднялся чуть выше нуля, но над побережьем стеной стоял снег с дождём и дул пронизывающий ветер. Тропу к мемориалу пришлось прокладывать в мокрых сугробах. И как здесь не провести параллели: ведь климат за это время не поменялся, и, значит, советские солдаты так же испытывали на себе все прелести северной весны. И воевали с жестоким врагом, невзирая на снег, оттепели, ветра. И вот он перед глазами, тот километр по морю, по ледяной воде, который вплавь преодолел тяжелораненый Александр Бакин. И одна лишь мысль бьется в виски: а смогли бы мы так же, как они? Не сомневаюсь, что каждый, кто стоял в эти моменты перед обелиском, склонив голову, думал о том же...

И звучит рассказ Михаила Орешеты о последнем десанте легендарного разведотряда; тут же на месте он показывает, где разведчики высадились, как поднимались на скалы, где вырывались из окружения, куда бил миномётный огонь озверевших от бессилия фашистов. Живые слова сейчас пронизывают сильнее, чем порывы ветра, проникают в душу, в самое сердце. И, кажется, вот сейчас опять поднимутся герои-воины, израненные, но не побеждённые, пойдут в атаку в разрывах своих же снарядов...

Но уже 65 лет стоит над скалами тишина, и лишь память каждый год приходит сюда вместе с молодыми мальчишками и девчонками, ветеранами и поисковиками.

...30 марта 2008 года на снег вновь легли ярко-алые гвоздики от Анатолия Попова, внука Александра Игнатьевича Бакина...

О. Погорецкая.