Наверх
Добавить в закладки | ВКонтакте | Twitter | Facebook | Telegram | Дзен | Google+ | RSS | 16+ Оформить подписку
 
 
1 GBP
Фунт стерлингов Соединенного королевства
85,0993
-0,2985
1 USD
Доллар США
66,8757
0,1222
1 EUR
Евро
76,1848
-0,0477
10 NOK
Норвежских крон
79,0007
-0,9197
10 SEK
Шведских крон
72,9161
-0,4386
 
 

Сари
Персональный фотоблог Sari Pöyhönen
 
 

 
 
12°
4.1 м/с
давление 743.3 мм рт.ст
 
 
 
 

Календарь

 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

В ДУШЕ ЩЕРБИНКИ НИ ОДНОЙ...

Владимир Дерябин - мурманчанин, стихи пишет более двадцати лет, еще в 80-х участвовал в работе областного литературного объединения. Публиковался в альманахе «Мурманский берег». Сейчас готовится к печати дебютный сборник Владимира - «Вне игры».

Джазовый стандарт

Как одиночество в ночи

Царит на дальних перекрестках,

Так музыка во мне звучит

В мечтах спасительных и блестках.

В душе щербинки ни одной,

И день остался без проверки

Прошел, как будто сон дурной,

В каких-то траурных примерках.

И все пока стандарт звучал

Той музыки, что, между прочим,

Я будто помнил, будто знал

О чем-то радостном, хорошем:

Спускался по ступенькам вниз,

Навстречу близким мне находкам,

И в них свой находил каприз

И страсть к необычайным сходкам.

Сосед

Свет жизни брызжет от соседа,

Но отчего же мне темно?

Как будто жду вместо ответа

Я выстрела в свое окно.

В соседской буре сгинет каждый,

В своей обновке пропадет...

Его бы не признать однажды

Как суть, как свой переворот.

Он кровь мою всегда испортит

Животворящею своей;

Обворожит меня и сгорбит,

Чтоб стать фантазией моей.

Человек истины

Байкалец неба, я, быть может,

Тирана самый верный друг;

Меня никто не потревожит,

Пока вхожу я в этот круг.

Того же, кто попал в немилость,

Мне трудно даже пожалеть.

Такая вот во мне двужильность,

Такая сталь, такая медь.

Вне игры

Ни встречный взгляд и ни решенье

Ничем не связаны со мной.

Избавлен я от согрешенья,

От переделок - до одной.

И все дельцы с большой дороги

Такого знают наизусть:

Зачем касаться недотроги,

В котором неземная грусть.

Невольно, в узких коридорах

Заводишь дружбу с канителью,

Не забывая о просторах,

Что за входной оставил дверью.

Чтобы совсем полузабыться,

На стульчик с номерком присядь –

Тогда с тобой еще продлится

Чужих физиономий ряд.

Рыбинск

В продолговатом общежитье

Где скуден ужин, скуден свет,

Все впереди твои открытья,

Тебе еще так мало лет.

Здесь быстроходны, зябки люди.

Ютятся огоньки во тьме.

Сейчас ты думаешь о чуде.

О чуде думают в тюрьме.

Тебе не слышен хор небесный –

И будничный расклад, расчет

Бессчетных дней и полновесных

Тебя, как Волга, унесет.

И будешь ты потом кружиться

В проулках зыбких и чужих,

Где дым порою волочится

Из очагов, да не твоих.

Школьники

В час нарождающихся будней,

Когда особенно пытлив

И строг ко всем

рассудок нудный –

Я их встречаю на пути.

Но лишь в глаза им посмотрю,

В глаза, быть может, серафимов –

Я ничего не говорю,

Я прохожу скорее мимо.

Ковшом друзей не достаю.

И до любви не дорастаю.

Себя уже не узнаю.

Так не замечу, что растаю.

Исчезну весь, а не почти,

Как человек, лишенный духа,

Как не способный на мечты,

На дар Божественного слуха.

Интернат

Шумел, как сборище героев,

За окнами ночными бор.

Как жаль, что с тех счастливых пор

Не стал защитой он такою,

Чтобы спасла бы нас от муки

Свиданья с миром остальным –

Простым, как гаечный зажим,

И с примитивнейшей порукой.

Большая стирка

Белье, нажитое годами,

Проходит через много вод,

Под материнскими руками

Достигнет подлинных чистот.

Черно хозяйственное мыло,

Стиральная доска сера.

А может, этого не было;

Не в счет, что быть могло вчера.

Где мягкость дорогих ладоней?

Где пот, стекающий с лица?

С тобою был всегда спокойным,

С тобой быть не могло конца.

На лестнице – объятье,

Как обещанье - речь...

Вот жизнь, а не занятье,

А мне себя беречь.

Не злой мечтой, а драмой

Душа моя бедна.

Всегда найдусь я в раме

Осеннего окна.

Походка всех прохожих

Намереньем полна.

Нет на меня похожих

И нет скучней меня.