Наверх
Добавить в закладки | ВКонтакте | Twitter | Facebook | Telegram | Дзен | Google+ | RSS | 16+ Оформить подписку
 
 
1 GBP
Фунт стерлингов Соединенного королевства
84,4930
0,5841
1 USD
Доллар США
66,7454
0,1246
1 EUR
Евро
75,7761
0,3947
10 NOK
Норвежских крон
76,9817
-0,3333
10 SEK
Шведских крон
73,6525
0,2031
 
 

 
 
-4°
2.2 м/с
давление 773.3 мм рт.ст
 
 
 
 

Календарь

 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

"Александр Сибиряков" - полярный "Варяг"

Мне, как, наверное, и большинству моих современников, всегда казалось, что Северный морской путь в сегодняшнем его названии существовал всегда. Во всяком случае, не один век, начиная с продвижения русского люда на берега Белого и Баренцева морей. А как сообщают исторические источники, это столь важное событие для Руси относится к IX-X векам. Выходит, и рождение самого пути имеет многовековую историю.

Так-то оно так. Однако названия были разные. Чаще поморского происхождения, а до начала недавнего прошлого века, как сообщает «Энциклопедия», путь именовался Северо-Восточным проходом. Но когда же было узаконено его нынешнее официальное имя и какие ледовые события послужили этому? Оказывается, не так уж давно - в 1932 году, когда впервые в истории за одну навигацию с запада на восток эту тяжелую трассу преодолел ледокольный пароход «Александр Сибиряков». На борту его была советская экспедиция под руководством известного полярного исследователя Отто Шмидта. В тот же год было создано и Главное управление СМП (Главсевморпуть), которому в нынешнем году исполняется 75 лет.

Вдоль Российского фасада

Шел 2-й Международный полярный год, объявленный полвека спустя после первого. Моря Северного Ледовитого океана исследовались и год от года становились более обжитыми российскими судами на западе и востоке. Успехи, трагедии - всего было вдосталь. Но не было главного, что предопределило будущее арктической трассы, - сквозных плаваний с запада на восток без изнуряющих зимовок в пути. И не просто плаваний, а для практического использования их.

Именно таким научно-показательным рейсом наша страна решила отметить Международный полярный год и доказать всему миру, что Северный морской путь может быть завоеван и ежегодно служить на благо людей, вопреки существующему тогда мнению о невозможности его экономического использования Главная роль в экспедиции отводилась Арктическому институту во главе с профессором О. Ю.Шмидтом. Его заместителем был назначен океанограф, исследователь Арктики, историк полярных открытий, принимавший участие в экспедиции Георгия Седова к Северному полюсу, В. Ю. Визе. В их распоряжение был отдан ледокольный пароход «Александр Сибиряков», который повел в ледовый путь один из лучших поморских капитанов В.И. Воронин. Воздушную ледовую разведку должен был вести сопровождающий самолет, но в самом начале экспедиции он потерпел аварию. Лишившись ледовой информации о состоянии льдов на пути, экипажу и ученым оставалось надеяться только на собственные силы, полярный опыт и интуицию.

«Сибиряков» вышел в путь 28 июля 1932 года. Вначале Арктика, как никогда, была любезна. До самой Северной Земли ни льдинки, а температура моря - не ниже 5 градусов, что случалось крайне редко. Да еще по пути к архипелагу такая радость случилась: открыли новый остров, который позже был назван Сидоровым - в память о военном гидрографе К.Е. Сидорове. Через полмесяца участники экспедиции встретились у острова Домашний с известным исследователем Арктики Георгием Ушаковым и его сподвижниками-энтузиастами из находившейся здесь научно-исследовательской станции, передали им свежее продовольствие, разное снабжение для дальнейшей работы, а от них получили уточненные карты Северной Земли.

И снова в путь - в ледовую неизвестность. Ближайшей целью было море Лаптевых. Традиционным и наиболее удобным проходом сюда считался пролив Вилькицкого, между материком и Северной Землей. Обольщенные гостеприимством Арктики и отсутствием льда, сибиряковцы решили рискнуть: обогнуть архипелаг с севера, хотя о состоянии льдов в том районе экспедиция не имела представления. Но в данном случае интерес исследователей был превыше всего. Вскоре ледокольный пароход оказался в районе, где до него не было еще ни одного судна. И за 81-м градусом северной широты уперся в торосистый полярный пак. Преодолеть его было выше возможностей «Сибирякова». Пришлось повернуть и уже с другой стороны Северной Земли спуститься на юг. Встретившаяся полынья обрадовала, но очень быстро закончилась, сменившись пятимильным припайным льдом - он прямо прилип к берегу. Более полутора суток шел ледовый бой с применением взрывов аммоналом. Из ловушки вырвались - большая победа! Впервые в истории мореплавания Северная Земля была пройдена вокруг.

Но, как позже выяснилось, восточная Арктика оказалась более жестокой, чем западная, и ледовые баталии для «Сибирякова» только начинались. Лед не пропустил к Новосибирским островам. И капитан Воронин принял решение спуститься снова на юг, до самой бухты Тикси. Здесь экспедиция пополнила угольные запасы и взяла на буксир два речных парохода до устья Колымы - погода и лед позволяли это предпринять.

Как писал позже в своих воспоминаниях В. Визе, главные трудности для экспедиции начались после 67-го восточного меридиана, а льды у побережья Чукотского моря были самыми жестокими на пути от Новой Земли до Берингова пролива. У острова Колючин «Сибиряков» поломал все четыре лопасти винта. Это была адская работа: замена их на новые в открытом море, в дрейфующих льдах. Продолжили путь - и новая беда, которая угрожала срывом всего научно-показательного похода. У судна отломился конец гребного вала. Оставшись без винта, оно не могло самостоятельно продвигаться во льдах, гонимое ветрами и течениями то к Берингову проливу, то в Чукотское море... Отважные моряки наскоро сшили из брезента паруса и, поставив их, малым ходом, всего в пол-узла, по разводьям стали продвигаться к финишу.

К северу от Берингова пролива сибиряковцев встретила чистая вода. На календаре - 1 октября. Всего за два месяца и пять дней впервые в истории Севморпуть был пройден за одну навигацию. О таком сквозном плавании российские мореходы мечтали в течение четырех столетий. Эта победа в Арктике была равносильна подвигу. Но тогда моряки «Сибирякова» не могли даже предположить, что через десять лет их ледокольный пароход ждет более тяжкое испытание... И к гражданскому подвигу, отмеченному орденом Трудового Красного Знамени, будет присоединен подвиг военный.

«Погибаю, но не сдаюсь!»

Радиограммы, предельно скупые, оставила потомкам в наследство Великая Отечественная война. И сегодня их читать без волнения невозможно. «Принимаем бой!» - понес эфир сообщение с борта «Александра Сибирякова» в Диксонский радиоцентр - одно из первых и последнее - «Капитан убит или тяжело ранен. Убиты многие. Машинный телеграф не работает. Котлы выключены. Кингстоны открыты... Флаг не спущен. Помполит приказал покинуть судно. Горим. Прощайте. 14.05». И ответ с Диксона - главного российского форпоста в Арктике: « Родина не забудет ваш подвиг». Народ назвал «Сибирякова» полярным «Варягом».

Так что же произошло тогда, 65 лет назад - 25 августа 1942 года? Спустя время, о тех далеких героических событиях было написано много газетных и журнальных статей, книг. Но с годами многое забывается, уходит в прошлое. Даже то, что забывать нельзя...

Война не миновала Арктику. И «Сибиряков» встретил ее здесь, на полярных трассах. Северный морской путь - важная магистраль нашей Родины - имел неоценимое значение для транспортных перевозок и в снабжении фронтов. Особенно, когда немцы были уже на подступах к Сталинграду и нацелились на Кавказ. Полярники понимали, насколько важен путь, и охраняли его, как зеницу ока. Фашисты тоже понимали это и разработали специальную операцию по блокированию перевозок по арктической трассе. Она носила условное название «Вундерланд». И успех ее был рассчитан на внезапность нападения, с учетом немногочисленных сил Северного флота в Карском море.

Получив данные разведки о продвижении с Дальнего Востока большого отряда транспортных и боевых кораблей, гитлеровское командование приняло решение уничтожить их в районе пролива Вилькицкого. Это задание было возложено на немецкий линкор «Адмирал Шеер», обладавший высокой маневренностью, большой огневой мощью и скоростью. Из немецкой базы в Северной Норвегии он незамедлительно вышел в Арктику. В надежде на молниеносную победу фашист пытался незамеченным достичь архипелага Норденшельд, мимо которого лежал путь наших караванов.

Но успешной операции, как планировалось, не состоялось. На пути рейдера, неподалеку от небольшого скалистого острова Белуха, неожиданно встал «Александр Сибиряков». Эта встреча для ледокольного парохода не предвещала ничего хорошего. Силы были слишком неравны. На «Адмирале Шеере» - мощные 28 орудий и 8 торпедных аппаратов. «Сибиряков» им мог противопоставить всего четыре орудия. Уйти от врага тоже было нереальным, скорость рейдера превышала почти в пять раз. Хамелеонство фашистского корабля с поднятием на грот-мачте американского флага и сообщением названия «Сесияма» не ввело в заблуждение русских моряков. Хитрость врага была раскрыта. Ценою своих жизней, оповестив через эфир Арктику и военное командование о появлении в наших водах уже известного своими зверствами этого немецкого пирата и встрече с ним, сибиряковцы, следуя старой морской традиции, приняли решение погибнуть, но не сдаваться. И первыми открыли огонь... Они не бежали от врага, а двинулись ему на перерез и были готовы даже к тарану.

Бой длился недолго. До тех пор, пока не появился крен на правый бок, пока огонь не охватил всю верхнюю палубу «Сибирякова», и экипаж понял, что гибель судна неминуема. В единственную шлюпку, спущенную с борта, перенесли раненых, в их числе и капитана Анатолия Алексеевича Качараву. Командование гибнущим ледокольным пароходом на себя принял помполит Элимелах. Механик по приказу командира открыл кингстоны. Вскоре «Сибиряков» ушел под воду. Последним скрылся кормовой флаг. Около него, держась за флагшток, стояли двое - комиссар Элимелах и механик Бочурко. Они разделили участь своего родного судна.

К сожалению, рамки газетного материала не позволяют более подробно рассказать об этом героическом бое и дальнейшей судьбе раненых сибиряковцев, спущенных в шлюпку. Некоторые из них погибли от вражеских пуль, другие перенесли тяжкие испытания: Но одному из моряков - кочегару Павлу Ивановичу Вавилову, бросившемуся за борт, удалось спастись, добраться до берега и донести людям подробности последнего рейса и гибели «Александра Сибирякова».

...Спустя почти сорок лет после этих трагических событий, на страницах «Полярной правды» встретились два письма - от ветеранов Краснознаменного Северного флота и начальника отряда подводно-технических работ, председателя Мончегорского клуба «Альфа» Сергея Поболя. Ветераны писали: «Почти сорок лет лежит на дне Карского моря легендарный «Александр Сибиряков», и, думается, настало время организовать специальную экспедицию по обследованию этого судна. Сегодня мы, оставшиеся в живых, и новое поколение моряков в большом долгу перед погибшими и семьями героев, которые терпеливо ждут нашей инициативы...» А Сергей Поболь от имени Мончегорских энтузиастов сообщал о готовности его опытной водолазной группы отправиться в экспедицию к месту гибели «Александра Сибирякова», благодаря Мурманскому морскому пароходству решен вопрос с доставкой на Диксон, уже в Крыму идут тренировки, отрабатываются погружения. А еще Сергей попросил редакцию оказать содействие через администрацию Севморпути о выделении экспедиции гидрографического судна для уточнения координатов места гибели «Сибирякова». Журналисты выполнили просьбу.

Через несколько месяцев экспедиция состоялась. Участие в ее работе принял и специальный корреспондент «Полярки». Два часа с помощью специальной аппаратуры вели поиск самолеты Северного флота. Пилоты сообщили на борт судна «Нептун», где находилась экспедиционная группа водолазов, готовых к спуску, что получен сильный сигнал из-под воды, и сбросили яркий буек с антенной для ориентировки. Это вселяло надежду на удачу. Несмотря на испортившуюся резко погоду и сгущавшиеся сумерки, водолазы сделали пробные спуски. Основную работу отложили на следующий день. Но и он никакого чуда не принес. Оставалась последняя надежда на прибытие гидрографического судна, для которого была оставлена на якоре веха - радиолокационный пассивный отражатель на месте поиска. А сама экспедиция вернулась на Диксон. Спустя некоторое время в редакцию «Полярной правды» пришла неутешительная радиограмма с Диксона: «Гидрографическое судно «Павел Башмаков» произвел гидролокационную съемку дна в предполагаемом месте гибели ледокольного парохода «А.Сибиряков». Обследован квадрат со сторонами в десять километров. Осмотрен также подводный рельеф радиусом в одну милю. Признаков затонувшего судна съемкой не обнаружено».

Значит, надо уточнять первоначальные координаты, которые, по всей вероятности, оказались не совсем верны. И вычеркнув этот район, вести поиск в другом месте... Но главное - Россия помнит и чтит героический подвиг сибиряковцев.

Андрей БАРАНОВ.