16+
Информационное агентство «Би-порт» Новости Мурманска и Мурманской области
0:16 Пятница 17 сентября 2021

Алексей Преснов, председатель Совета директоров ОАО «Колэнергосбыт», генеральный директор ООО «КРЭС» и ООО «КРЭС-Альянс»: «Мы уверены в своей правоте. У нас есть официальные документы из Совета рынка, на подходе документы из других инстанций»

9:10 – 23 июня 2009

А ТГК-1 и, прежде всего, ее руководство попали в ситуацию, из которой есть только один нормальный выход: так или иначе вернуться в правовое поле и отдать нам незаконно присвоенные средства

Как мы уже сообщали, 15 июня 2009 года Апелляционный Суд в г. Санкт-Петербург отклонил жалобы ОАО «Колэнергосбыт» и ОАО «ТГК-1» на решение арбитражного суда первой инстанции по поводу спора этих компаний по экспортным поставкам электроэнергии с Пазского каскада ГЭС в Финляндию и Норвегию. Напомним, ОАО «Колэнергосбыт» оспаривает право ОАО «ТГК-1» напрямую экспортировать производимую на каскаде электроэнергию на розничном рынке без участия гарантирующего поставщика, мотивируя это действующими Правилами рынка и сводными прогнозными балансами электроэнергии и мощности по Мурманской области, утвержденными Приказами Федеральной службы по тарифам. В настоящее время в судах находятся несколько исков по этому спору, но состоявшееся решение – первое, которое вступило в законную силу. Мы попросили прокомментировать ситуацию председателя Совета директоров ОАО «Колэнергосбыт», генерального директора ООО «КРЭС» и ООО «КРЭС-Альянс» Алексея Преснова.

- Алексей Викторович, в чем состояла суть иска ОАО «Колэнергосбыт» к ОАО «ТГК-1»?

- Суть нашего иска состояла в попытке внести изменения в договор, навязанный ОАО «Колэнергосбыт» со стороны ОАО «ТГК-1» в апреле 2008 года. По этому договору, вопреки утвержденному балансу ФСТ, ОАО «ТГК-1» стало продавать Колэнергосбыту только объемы электроэнергии, предназначенные для нужд КПП «Лотта». Остальные объемы, выдаваемые ГЭС Пазского каскада в сторону трансграничных линий электропередачи, а это порядка 750 млн. кВтч по году, ТГК-1 стала продавать на розничном рынке самостоятельно, что противоречит действующему законодательству.

- ТГК-1 утверждает, что продает эту электроэнергию за рубеж, а не на внутренний рынок, можно ли применять Правила функционирования розничных рынков электроэнергии в этой ситуации?

- Поскольку точки поставки на границе с Финляндией и Норвегией не зарегистрированы на оптовом рынке как экспортные, то эта электроэнергия может быть продана только на розничном рынке. Ключевое слово здесь «розничный», и при этом неважно, идет ли эта электроэнергия на экспорт или продается внутри страны. Именно так прописан баланс производства и потребления электроэнергии и мощности в этих точках Федеральной службой по тарифам. А раз это розничный рынок, то, в соответствии с Правилами розничного рынка, в частности п.п. 123, 126, электроэнергия может быть реализована только гарантирующему поставщику, коим и является на территории Мурманской области ОАО «Колэнергосбыт».

- Договор, в который вы пытаетесь внести изменения, был подписан руководством ОАО «Колэнергосбыт» в апреле 2008 года. Что побудило компанию требовать пересмотра его условий уже через несколько месяцев – в июле 2008 года?

- Напомню, что в конце апреля 2008 года в Колэнергосбыте сменился собственник и менеджмент. И подписанный договор, ущемляющий интересы компании – ни много, ни мало, на 600 млн. руб. по 2008 году – для нас явился одним из последних «приветов» от уходящего менеджмента. Почему этот договор был подписан? До мая 2008 года совет директоров ОАО «Колэнегосбыт» более чем наполовину состоял из топ-менеджеров ОАО «ТГК-1», а в 2006 году акции Колэнергосбыта вообще находились в доверительном управлении ТГК-1. Поэтому такой договор вполне вписывался в логику поведения уходящего менеджмента, наряду со скандальными выплатами «золотых парашютов» в беспрецедентных размерах, даже по меркам реорганизации РАО ЕЭС России. В июле 2008 года мы направили в ТГК-1 новую редакцию договора, учитывающую требования законодательства и восстанавливающую права ОАО «Колэнергосбыт». Не дождавшись «мирного» разрешения вопроса, в ноябре 2008 года мы подали иск в суд.

Изменить договор в судебном порядке довольно сложно: по закону для этого нужны веские основания. Но, казалось бы, очевидный факт, что предыдущий менеджмент при подписании договора действовал в интересах не ОАО «Колэнергосбыт», а ровно, наоборот – в интересах ОАО «ТГК-1» – не является таким основанием. Тем не менее, мы решили, что основания для внесения изменений имеются, и пошли по этому пути.

Суд первой инстанции счел наши доказательства неубедительными и отказал в удовлетворении иска. При этом суд перепутал даты утверждения балансов ФСТ, из чего, собственно, им и был сделан вывод, что не произошло ничего такого, что могло бы быть расценено как существенные основания для изменения договора. Так, в решении суд сослался на то, что баланс ФСТ на 2008 год был принят позже, чем нами была направлена новая редакция договора, а значит, утвержденный баланс ФСТ, по которому весь объем электроэнергии по «экспортным» линиям должен быть продан нам, не может быть причиной изменения договора. На самом же деле, баланс 2008 года был принят в 2007 году, а стало быть, по логике суда, может быть причиной изменения договора.

И мы, и ТГК-1 подали апелляции. ТГК-1 хотела, чтобы суд изменил мотивировку решения, признав обоснованными их доводы о том, что розничный рынок и экспорт – это разные вещи. Мы же хотели увидеть в решении суда логику и доказать, что, во-первых, факт продажи электроэнергии в одной и той же точке поставки разным субъектам – уже существенное нарушение договора. А во-вторых, что и Правила рынков, и Приказы ФСТ – это документы, обязательные для выполнения всеми участниками рынка. Их применение носит так называемый императивный характер, то есть имеет приоритет над положениями договора, в каком бы виде он ни был подписан сторонами. Тем более, в имеющемся договоре четко прописана ссылка на нормативные акты, обязательные для исполнения обеими сторонами.

Наши доводы просты: представьте, что вы торгуете питьевой водой. Покупаете оптом и торгуете в розницу для своих клиентов. В основном вы покупаете воду в цистернах, которые наливаются из источника - резервуара, на объемы которого у вас на весь год заключены договоры на покупку оптом, и это утверждено государственной регулирующей организацией. Но часть воды, примерно 7-8 процентов вашей годовой потребности ваших клиентов, вы покупаете прямо из крана источника, расположенного вблизи границы, наливая ее в мелкую тару, как розничный покупатель. Это связано с некоторыми особенностями отдельных ваших клиентов, например, одни могут получить воду только на территории иностранного государства, другие, как КПП «Лотта» – через территорию иностранного государства. Ваш оптовый поставщик – один из производителей воды, говорит, ему это невыгодно, давайте вы будете покупать в рознице в мелкой таре совсем чуть-чуть – доли процента годового объема только для пограничников и таможенников. Вы полагаете, что остальное, то, что не попало в мелкую тару, вы купите в цистернах, так как у вас по государственному балансу право на покупку всего объема резервуара. Заключаете новый договор и вдруг видите, что, на самом деле, кран в источнике открыт для розлива на границе в полную силу, а не чуть- чуть, как обещал поставщик, а рядом с краном стоит тот самый ваш бывший покупатель из-за рубежа с бидонами, которому якобы невыгодно было поставлять воду через вас. Вам же, как бедному родственнику, предлагается постоять рядом с кружечкой и купить себе чуть-чуть из широкой розничной струи, чтобы снабдить пограничников. При этом вы понимаете, что все это течет из одного резервуара, и все, что налили этому субъекту – не доливают вам, либо на рознице, либо на опте. Как говорится, если где-то прибыло, значит, у кого-то убыло.

Эта аналогия достаточно точно описывает наши отношения с ТГК-1 на оптовом и розничных рынках. И мы оказались тем бедным родственником, у которого убыло. А бывший покупатель – это и есть наш экспорт. Ну и как, по-вашему, есть тут существенные нарушения подписанного договора или нет?

Но апелляционная судебная коллегия нас не услышала и, что самое странное, полностью оставила в силе решение суда первой инстанции. Решение, основанное на путанице в датах, таким образом, вступило в законную силу.

- Значит ли это, что вы должны выполнять это решение суда?

- Конечно, мы как законопослушные субъекты рынка должны и будем выполнять решение суда, каким бы абсурдным оно нам ни казалось. Но в данном случае ничего не изменилось, ТГК-1 и так все продает без нас. Более того, в этом, 2009 году, под вопросом оказалась и законность электроснабжения КПП «Лотта», так как ТГК-1 отказывается подписывать договор на 2009 год.

Решение апелляционного суда означает, что нам пока не удалось изменить несправедливый и нелегитимный договор 2008 года. Мы рассматриваем более тщательно и другие альтернативы. Это совсем не означает, что действия ТГК-1 теперь законны, ведь жалоба ТГК-1 на мотивировку решения также отклонена. У нас несколько вариантов – обжаловать это решение дальше, подавать другие иски. Этим мы сейчас и занимаемся: два иска уже поданы.

Дело в том, что мы уверены в своей правоте. У нас есть официальные документы из Совета рынка, на подходе документы из других инстанций – все они подтверждают нашу позицию. А ТГК-1, и, прежде всего, его руководство попали в ситуацию, из которой есть только один нормальный выход: так или иначе вернуться в правовое поле и отдать нам незаконно присвоенные средства. Рано или поздно им придется это сделать, и никакие юридические ухищрения или административный ресурс в долгосрочной перспективе им не помогут. То, что случилось в 2008 году и, к сожалению, пока еще продолжается в этом – грубое нарушение Правил рынка и хозяйственной деятельности, незаконное обогащение одного субъекта рынка за счет других – оно уже случилось, и за это придется кому-то отвечать. Если у кого-то есть надежды на то, что «ишак сдохнет», то это не вариант. Не будет Колэнергосбыта – будет его правопреемник, а проблема, если ее не решить, останется.

И это касается не только нашей компании. Уже второй год не решается вопрос оплаты передачи электроэнергии по линии ОЛ-130, принадлежащей филиалу Колэнерго ОАО «МРСК Северо-запада». Эта линия связывает станции Пазского каскада, и без нее на экспорт может быть выдано в Финляндию не более 10 МВт вместо 60-70. Раньше за передачу платила наша компания, с тех пор как ТГК-1 стала торговать на экспорт сама, не платит никто. По 2008 году мы подтвердили свои обязательства перед МРСК, ведь мы считаем, что это наша электроэнергия. Платить, естественно, не можем, у нас ведь ее, мягко говоря, изъяли. Дело в суде – узел завязывается все крепче. Кроме того, страдают опосредованно и другие, в том числе наши потребители.

- В ОАО «ТГК-1» не так давно сменился руководитель. Пришел молодой и продвинутый Борис Вайнзихер, сделавший неплохую карьеру в РАО «ЕЭС России», являвшегося автором и проводником рыночной реформы электроэнергетики в стране. Почувствовали ли вы какие-то изменения в позиции ТГК-1 с его приходом?

- Я не могу понять и принять позицию сегодняшнего руководителя ОАО «ТГК-1» в этом конфликте, ведь он совсем недавно был членом правления в РАО «ЕЭС России». Именно там писались правила, по которым крупные генерирующие компании не могут оперировать на розничном рынке самостоятельно, иначе мы снова возвращаемся в монополизм. Мы ждали от г-на Вайнзихера несколько другого подхода. Похоже, показатели выручки от экспорта 1 миллиард рублей в 2008 году и планируемые 1,5 миллиарда в 2009 году, обнародованные на недавнем годовом собрании акционеров ОАО «ТГК-1», оказались важнее принципов и взглядов, которые совсем недавно публично пропагандировались топ-менеджерами РАО «ЕЭС России».

Кстати, у нас имеется возможность «укусить» ОАО «ТГК-1» его же методами. Его дочернее предприятие ОАО «Мурманская ТЭЦ» продает нам электроэнергию на розничном рынке по крайне высокому, невыгодному для нас тарифу. На розничном рынке – потому что оно слишком мало и не подходит по критериям для оптового рынка, тариф высокий – из-за дорого топлива и старого неэффективного оборудования. Мы покупаем эту электроэнергию и мощность, потому что это прописано в балансовых решениях ФСТ. Мы понимаем, что если гарантирующий поставщик не купит, значит, не купит никто, и ТЭЦ встанет, так как выработка ее основной продукции – тепла – технологически связана с производством дорогой электроэнергии. По сути, через балансовое решение дорогую электроэнергию и мощность Мурманской ТЭЦ оплачивают все наши потребители. Если баланс ФСТ ничего не значит в экспортном споре, как считают в ТГК-1, то почему тогда этот же баланс, кстати, та же самая его строка, имеет значение в нашем договоре с ТЭЦ? Однако мы будем последовательны и не пойдем на нарушение действующего законодательства, и в этом наша правда и сила.

- Вы все время апеллируете к балансу ФСТ. Но ведь это, по сути, прогнозный документ, который предполагает какие-то действия со стороны участников процесса производства и потребления электроэнергии, которые часто не подтверждаются реальностью. По прогнозам у нас в 2009 году был заложен рост экономики и потребления энергии, а по факту – значительный спад. Почему Вы считаете, что баланс так важен в данной ситуации?

- Если говорить в общем, то надо понимать, что баланс ФСТ – это важнейший документ именно в электроэнергетике переходного периода, когда у нас значительная часть электроэнергии торгуется по тарифам. Баланс производства и потребления в том виде, в котором он есть у нас, существует только в регулируемой экономике. Помните советский Госплан? Там ведь тоже был баланс – план, но только относился он ко всей экономике. Баланс же ФСТ делается для электроэнергетики: из него мы знаем, сколько мы планируем потребить электроэнергии, по каким ценам и тарифам. Электроэнергия, в отличие, скажем, от той же воды, если произведена, то должна быть немедленно потреблена, она не может храниться на складе. Баланс нужен для расчета тарифов, определения объемов энергии, продаваемой по регулируемым и нерегулируемым ценам, он описывает взаимоотношения субъектов регулируемого рынка: кто, куда, кому, сколько и по какой цене. Если он нарушается, неважно по каким причинам, это немедленно чувствуют субъекты рынка – у кого-то появляются выпадающие доходы, у кого-то неоправданно и неожиданно растут свободные цены, как это случилось в последние месяцы, именно из-за того, что вместо планируемого по балансу роста потребления начался спад. И в нашем случае делать вид, что баланс – это ничего не значащий, абстрактный прогнозный документ, по меньшей мере, непрофессионально и со стороны ТГК-1, и со стороны всех тех, кто также не придает балансовому решению особого значения в этом споре.

Неукоснительное соблюдение баланса ФСТ в данной ситуации важно еще по одной причине. Дело в том, что на основе данных баланса ФСТ 2008 года, правил рынка и приказов ФСТ мы покупаем мощность на оптовом рынке и затем продаем ее своим потребителям в области. Свободная конечная цена на мощность для наших потребителей формируется с учетом мощности по балансу, включая всю мощность Пазского каскада, предназначенную для реализации на розничном рынке через гарантирующего поставщика. Однако 70-80 процентов этой мощности ТГК-1 незаконно продает за рубеж. В результате наши потребители оплачивают мощность, которую на, самом деле, не потребляют. А это ни много, ни мало 70-90 МВт. Это, конечно, неприемлемо и является нарушением прав потребителей Мурманской области, особенно в свете роста нерегулируемых цен в последнее время, связанного именно с рынком мощности.

- На днях рейтинг ТГК-1 был повышен, рейтинговые агентства рекомендуют покупать их акции…

- По отчетам, финансовые результаты компании за 2008 год оказались гораздо лучше, чем прогнозировались. Но они лучше потому, что ТГК-1 цинично присвоило себе 600 миллионов рублей чужих средств. А что будет с акциями, когда и эти деньги и средства за 2009 год придется вернуть их законным владельцам?

Скажу также, что прошли сообщения о том, что ТГК-1 закладывает в свою инвестпрограмму, обязательную для выполнения по обязательствам перед государством выручку от экспорта, которая, как минимум, является спорной, а как максимум – незаконной.

- Но согласитесь, что для Колэнергосбыта спорные средства были «легкими» деньгами, ведь экспорт всегда осуществлялся без особого участия вашей компании. Один клиент за рубежом – и огромные прибыли, соизмеримые с суммарными доходами от всех остальных ваших клиентов. Электроэнергия все же производится на станциях ТГК-1. Может, стоит найти компромисс с ТГК-1 и поделиться доходами, и тогда не будет этих бесконечных судебных процессов?

- Абсолютно с Вами согласен. «Большое» Колэнерго ранее, а затем и Колэнергосбыт никогда особенно не перетруждались процессом продажи за рубеж этих объемов электроэнергии. Как, впрочем, и ТГК-1, по крайней мере, в части продажи. За них все делали и делают всяческие посредники, сейчас это ИНТЕР РАО ЕЭС. Прибыль возникает из разницы цен на электроэнергию у нас и у наших соседей. На этом, в общем-то, основан весь высокодоходный экспортный бизнес в стране.

На самом деле, в отсутствие серьезного дефицита электроэнергии на скандинавском рынке Норд Пул и для наших зарубежных партнеров эта схема продаж не особенно интересна. Ведь оттого, что «на трубе» сидит один монополист, будь то Колэнергосбыт, ТГК-1 или ИНТЕР РАО, их рынку не холодно и не жарко. Им не очень интересно, кто именно у нас зарабатывает серьезные деньги: цена электроэнергии на их рынке от этих поставок не меняется, интеграции рынков нет. Это нам ясно дали понять во время нашего недавнего визита в Норд Пул, где обсуждались вопросы перспективного сотрудничества. У нас тоже, если смотреть в целом, а не с позиции какой-то конкретной компании, пока больше минусов – из-за этого экспорта не хватает электроэнергии в районе Мурманска, из управления энергосистемой выведен крайне важный инструмент регулирования, каковым являются гидростанции каскада Пазских ГЭС.

Что касается «легких» доходов, то надо иметь в виду, что пока розничный рынок не развит, и в обществе в целом не сложилось понимание, что электроэнергия такой же рыночный товар, как нефть, лес, уголь и т.д., за который нужно платить и немедленно, у нас также есть и серьезные «тяжелые» расходы. Это содержание за счет Колэнергосбыта электроснабжения, и, опосредованно, теплоснабжения целых депрессивных районов нашей области, и, в значительной мере, отдельных отраслей народного хозяйства – например, сельского хозяйства и водоснабжения. Эти якобы «шальные» деньги помогали нам закрывать эти дыры. Теперь их нет. Кроме того, через Колэнергосбыт, как ГП региона, поддерживался условный «справедливый баланс» распределения средств, собираемых на розничном рынке, среди производителей электроэнергии. Ведь на самом деле, в оптовом «резервуаре» «вода» не только ТГК-1, но и, например, Кольской АЭС и, вообще говоря, ее там больше. Атомщики сегодня вынуждены по существу «закрывать» на внутреннем рынке то, что «вылил» ТГК-1 на внешний – и в физических объемах электроэнергии, и в финансовом смысле. Колэнергосбыт, не имея «подушки» от экспорта для поддержания депрессивных районов и отраслей на рознице, не может нормально платить атомщикам на опте.

Если говорить о компромиссах, то мы готовы к самым разным обсуждениям с нашими коллегами из ТГК-1, но в рамках закона и взаимного уважения, а не с позиции силы и административного ресурса. Мы считаем, что этими доходами, если уж они «упали с неба» в нашу энергосистему в трудное время, нужно делиться по понятным и прозрачным схемам. Это означает, в том числе, и формирование ясной и понятной стратегии экспортно-импортных операций, решение вопросов развития сетей. Мы поддерживаем контакты по этой тематике со всеми субъектами рынка. Не участвует в этом пока только ТГК-1.

Лента новостей