Эксперты воссоздали полную картину событий авиакатастрофы в Шереметьево

Самолёт SSJ 100 компании «Аэрофлот», сгоревший 5 мая после аварийной посадки в аэропорту Шереметьево, действительно был поражен мощным грозовым разрядом. Об этом сообщает «Коммерсант».

По данным близкого к расследованию источника, примерно через 15 минут после взлета из Шереметьево в борт SU-1492 попал грозовой разряд. Причем молния угодила в самый нос самолета, оставив на его поверхности характерную закопченную отметину. На поражение машины электроимпульсом огромной мощности, как говорят эксперты, среагировала грозовая защита SSJ 100.

По словам специалистов, вслед за переходом машины на аварийное электропитание автоматически включился и режим прямого управления полетом Direct Mode. На борту возникла только лишь нештатная ситуация.

Самолет с неработающими генераторами, как утверждает производитель, может находиться в воздухе «достаточное время», чтобы экипаж мог спокойно долететь до ближайшего аэродрома, приземлиться там, а в случае необходимости и уйти на второй круг для повторного захода. Режим EEC (Emergency Electrical Configuration - отключение генераторов самолета и перевод электроснабжения потребителей на аккумуляторные батареи) не требует подачи сигнала бедствия May Day, а достаточно предупреждения диспетчера сигналом срочности Pan Pan, подразумевающим, что опасности для жизни и здоровья людей на борту нет. Именно из-за этого самолёт не встретили на полосе пожарные службы.

Пилотам Денису Евдокимову и Максиму Кузнецову, как следует из данных «чёрных ящиков», удалось со второй попытки, выполнить заход на посадку с соблюдением всех нормативных требований. Однако летчикам пришлось управлять самолетом в ручном режиме, с отключенным автопилотом и автоматом тяги. Возможно, по этой причине расчетную точку приземления в начале ВПП они перелетели. Перед самым приземлением летчики резко увеличили режим работы двигателей и одновременно опустили нос самолета.

По мнению специалистов именно этот маневр погубил самолёт. SSJ 100 сел с существенно завышенными приборной и вертикальной скоростями, да еще и, как выразился один из экспертов, приземлился «на три точки». Сжавшаяся передняя стойка шасси подбросила машину вверх, обеспечив ей так называемый скоростной или прогрессирующий «козел» — серию еще более мощных отскоков от полосы. Крылья остались целы, однако задние стойки шасси продавили топливные баки машины, обеспечив, таким образом, вытекание керосина и пожар.

По мнению близкого к расследованию источника, уже сегодня можно говорить о том, что схема развития критической ситуации на борту SU-1492 реконструирована специалистами. Теперь эксперты и следствие должны установить, кто именно из летчиков совершил опасные действия перед приземлением.