Почему произошла трагедия в керченском колледже?

Массовое убийство в керченском колледже — не единственное ЧП такого рода за последние несколько лет. И гарантий, что подобное не повторится, дать не может никто. Сегодня, по словам экспертов в сфере образования, в стране нет единого федерального органа, который контролирует безопасность учебных заведений. Их охрана не находится в ведении Министерства просвещения, это — зона ответственности региональных и муниципальных властей.

Как рассказали «Известиям» очевидцы, в среду Влад Росляков пришел на учебу с двумя рюкзаками — серым и черным. Предположительно, именно в них и были спрятаны оружие и взрывное устройство. Как и почему ему удалось пронести их в здание колледжа?

Летом этого года колледж объявил тендер на закупку турникетов и металлодетекторов — стоимость контракта составляла 554 тысячи рублей. По информации, размещенной на портале госзакупок, учреждение приобрело три турникета и два металлодетектора. Также за 708 тысяч рублей была закуплена и установлена система охранного освещения. Почему металлодетектор не сработал или на сигнал не отреагировал вахтер, предстоит установить следствию.

По закону крупные образовательные учреждения обязаны заключать договоры с частными охранными предприятиями, объяснила «Известиям» председатель Национального родительского комитета Ирина Волынец. В связи с этим, родителям приходится самостоятельно оплачивать услуги ЧОПов.

«Школы перешли на самоокупаемость. И есть бедные регионы, в которых нет возможности организовать платные кружки, на которых можно заработать. Внебюджетный фонд там находится в плачевном состоянии. И, несмотря на то, что за охрану школы родители платить не должны, они ее оплачивают. В некоторых учебных заведениях получается собрать деньги даже на охрану пришкольной территории», — отметила Ирина Волынец.

О том, что некоторые школы не выполняют требования законодательства к террористической защищенности, заявил и руководитель Федерального координационного центра руководителей охранных структур, член Общественной палаты РФ Александр Козлов.

«Согласно постановлению правительства РФ «Об утверждении требований к антитеррористической защищенности объектов (территорий) Министерства образования и науки Российской Федерации и объектов (территорий), относящихся к сфере деятельности Министерства образования и науки Российской Федерации», абсолютно все образовательные организации с численностью учащихся свыше 50 человек обязаны заключать договоры с частными охранными организациями. Однако еще не во всех регионах и районах на это выделены бюджетные средства, поэтому далеко не везде есть квалифицированные охранники», пояснил Александр Козлов

При этом вахтер на входе, который состоит в штате школы или колледжа (как и было в Керчи), под постановление правительства не подпадает: документ требует, чтобы на объекте работали сотрудники ЧОПа либо ведомственной охраны, если образовательная организация относится к ведомству, которому разрешено создавать таковую.

По словам Александра Козлова, несколько месяцев назад договоры об охране, к примеру, заключили все школы Санкт-Петербурга. Однако произошло это лишь после того, как в администрацию города внесла представление прокуратура. В Москве все школы уже несколько лет как оборудованы металлодетекторами.

В правоохранительных органах «Известиям» сообщили, что оружие Владислав Росляков купил на законных основаниях. Молодой человек достиг совершеннолетия, собрал пакет необходимых документов, включая медицинские справки, и приобрел ружье. На что имел полное право: 18 лет ему исполнилось 5 июля. Покупку он сделал в начале сентября.

Студент стрелял из гладкоствольного помпового ружья Hatsan Escort. Такое оружие максимально компактно. Оно разрабатывалось для самообороны, но смертельно опасно при стрельбе в тесных помещениях. Особенно если патроны снаряжены крупной картечью, которую используют при охоте на хищника.

Владислав Росляков купил оружие на законных основаниях: молодой человек достиг совершеннолетия, собрал пакет необходимых документов, включая медицинские справки, и приобрел ружье.

По информации, размещенной на сайте Керченского политехнического колледжа, в штате учебного заведения предусмотрена ставка социального педагога, но сейчас она вакантна. А вот педагог-психолог в колледже есть. План его работы подразумевает коррекционные занятия со студентами всех курсов, требующими повышенного педагогического внимания.

В 2017 году такая работа проводилась (или должна была проводиться) как раз в октябре. План на нынешний год на сайте отсутствует.

Нельзя утверждать, что Владислав Росляков выпал из поля зрения социально-психологической службы колледжа. Однако, по рассказам других студентов, к третьему курсу он был настолько замкнутым человеком, что почти ни с кем не общался, даже в социальных сетях. Известно, что его родители давно развелись. Жил он с матерью, санитаркой онкодиспансера, а отца видел редко.

Об истинных причинах страшного поступка пока доподлинно неизвестно, но эксперты отмечают, что ситуация в семье чаще всего формирует поведенческие и психические отклонения у детей и подростков.

Глава ассоциации детских психиатров и психологов Анатолий Северный считает, что необходимо создать многопрофильную, независимую от образовательной администрации службу социально-психологической и медико-психологической помощи ученикам и студентам.

Не исключено, что на психику Влада Рослякова повлияли компьютерные игры. На страницах студента в социальных сетях — множество фотографий, сообщений и перепостов на тему различных популярных многопользовательских игр. В частности, преобладают картинки из Dota 2, Borderlands 2 и др. Также, судя по страничке в соцсети «ВКонтакте», Росляков был подписан на большое количество игровых пабликов.

Психиатры-криминалисты уверены, что компьютерные игры, в которых приходится часто убивать, обычно выбирают люди скрытные, замкнутые, не вовлеченные в общественную жизнь и сами по себе склонные к агрессии. Таковым, по словам однокурсников стрелка, и являлся Владислав.

Как заявила «Известиям» научный сотрудник лаборатории асоциального поведения Института образования ВШЭ, психолог Мария Новикова, по статистике около 3/4 «школьных стрелков» по всему миру являлись жертвами длительного и жесткого школьного буллинга.

Она пояснила, что не только учителям, но и школьным психологам не хватает компетенции, чтобы выявить проблемы у детей и подростков — как личные, так и связанные с учебным заведением. По ее мнению, чтобы избежать трагедий, подобных керченской, администрациям школ и колледжей необходимо постоянно мониторить уровень удовлетворенности детей учебным процессом, школьным климатом, взаимоотношениями и комфортностью пребывания в учебном заведении. Эти мониторинги позволят понять и степень вовлеченности учеников в жизнь школы или колледжа. Особенно это касается подростков, доверительный контакт с которыми может быть затруднен.

Фото: РИА Новости/Пресс-служба главы республики Крым