Рыбаки: в стране ведётся работа по разрушению отрасли

В России ведётся работа по разрушению рыбной отрасли. Об этом в один голос заявляют мурманские рыбопромышленники. Во всяком случае, такой вывод можно сделать на основании приказов и законов, принимаемых на федеральном уровне: весь прошлый год отраслевое сообщество активно обсуждало повышение ставок на вылов водных биоресурсов и введение аукционов на добычу краба с перспективой распространения этой модели и на рыбу. В канун нового года рыбакам подослали «Гонца» - спутниковую систему, которую обязаны установить все суда, работающие выше 75 широты, то есть в основных районах добычи краба и креветки.

«Начинаешь анализировать все эти посылы и видишь, что по форме и содержанию это подрывная работа по разрушению системы производства рыбной продукции в Российской Федерации. Эта подрывная работа направлена на рост цен на рыбную продукцию и увеличение доли импорта, что подтверждено таможенной статистикой», - комментирует ситуацию руководитель Межрегиональной ассоциации прибрежных рыбопромышленников Северного рыбохозяйственного бассейна Валентин Балашов.

Тенденция к увеличению импорта рыбопродукции прослеживается в последние три года. Например, в 2018 году импорт увеличился на 1%, это готовая или консервированная продукция, при том, что на экспорт, в основном, идёт сырьё. Валентин Балашов считает, что полки российских магазинов освобождаются для иностранной рыбы.

«С другой стороны принимаются государственные решения, которые выпихивают российских рыбаков из российской экономический зоны и российского рынка. Эта подрывная работы направлена на дестабилизацию и раскол в обществе», - уверен эксперт.

Зачем после десяти лет стабильной работы без критических нарушений, браконьерства и прочего, с чем пытались бороться в рыбной отрасли, нужно было начинать эксперименты с перераспределением квот, не понимает никто. Так называемый, исторический принцип, помог не только навести порядок в рыбохозяйственном комплексе России, но и позволил компаниям развиваться, вкладывать инвестиции и увеличивать налоговые отчисления в бюджет. А теперь с отработанным механизмом хотят сделать то, что отбросит отрасль на десятилетия назад.

«Десять лет вырабатывали механизм, исторический принцип сработал. Теперь, когда отрасль стабилизировалась, начинаются эксперименты: там откусим, здесь передёрнем. Тысячи работников, за которыми семьи, судьбы. Лихорадит ведь не только рыбаков в море, но и всю семью, потому что никто не понимает своего будущего завтра», - говорит министр сельского и рыбного хозяйства Мурманской области Андрей Иванов.

С этого года Росрыболовство предложило половину всех квот на вылов краба не распределять, как раньше, а продавать на аукционе. Делается это якобы для повышения конкуренции на рынке. Сегодня в России работает три тысячи рыбопромышленных компаний, причем до 40% из них — это малый бизнес, который кормит прибрежные территории, платит там налоги, обеспечивает рабочие места.

Сейчас речь идёт только об аукционах на краба, но возможность введения аналогичных аукционов на остальные морские биоресусры уже заложена в дорожную карту. Смысл аукциона в том, что квоту получит тот, кто заплатит больше денег. И мелкие предприятия просто будут не в состоянии на равных участвовать в торгах против гигантов рынка. А это значит, уверены эксперты, в ближайшем будущем мы увидим, как малые рыбопромысловые компании будут продаваться по причине невозможности ведения хозяйственной деятельности.

Пострадают и компании покрупнее. Компании, поддержав правительственную идею «квот под киль» - выделение квот на вылов биоресурсов в обмен на строительство новых рыбофабрик и судов на отечественных верфях, взяли кредиты и заключили соответствующие соглашения. А через непродолжительное время их «обрадовали» планами на проведение аукционов. Но с чем идти рыбопромышленникам, связанным кредитами и договорами, на аукцион, где взять деньги? А чем будут ловить люди, которые купят себе квоты на аукционе?

«Смотрите, я победил на аукционе, но у меня нету кораблей. Корабль это не автомобиль, который пошёл и купил в автосалоне. Строительство корабля в России занимает три года. Даже переоборудование судна в краболов это минимум девять месяцев. Ты победил на аукционе, ну а дальше то что? Год квота не будет выбираться? Другой момент. Я хочу получить доступ к ресурсу, я построил корабль, пошёл на аукцион, не выиграл. Корабль — это просто кусок железа. Корабли ничего не стоят, когда у тебя нет ресурса», - размышляет директор ООО «СЗРК-Мурманск» Владимир Журавлёв.

Закономерно, что в таких условиях, компаниям частично или полностью приходится отказываться от своих инвестиционных планов. Денег на всё не хватит. Например, «СЗРК-Мурманск» уже отказалась от строительства двух рыбоперерабатывающих фабрик в Мурманске и Архангельске. А это, опять же, рабочие места и налоги в местные бюджеты. «Зависла» постройка десяти новых судов на Выборгском судостроительном заводе. Ведь без квот банк не выдаст кредит, а без денег завод не будет строить корабль. И это при том, что на этапе закладки компания должна внести залог в размере 400 млн рублей, который обратно, в случаях отказа от строительства, уже не вернуть.

«Эти деньги невозвратные. Если поменялись обстоятельства и решили не строить, то 400 млн рублей вы не получаете. И после того, как все поставили свои подписи и заложили корабли на верфях, вдруг всплывает тема аукционов. Рыбаки уже привязаны к теме инвестиционных вложений, а аукцион это деньги — кто больше даст. Это в чисто виде обман, получается. Если у государства была такая мысль, то её надо было озвучить пораньше», - считает министр Андрей Иванов.

Как бизнес должен планировать свою работу в таких условиях, не понимает никто. А это не единственная проблема. Рыбаков беспокоит также тот факт, что за всем происходящим в рыбной отрасли России внимательно следят зарубежные партнёры. Например, промысел камчатского краба сертифицирован Морским попечительским советом в части состояния запасов и управления отраслью. Не исключено, что на фоне таких метаний из стороны в сторону, сертификацию могут не продлить. И отечественная продукция перестанет быть востребованной на мировых рынках.

«Люди в отрасли устали от неопределённости. Эта усталость выражается в том, что люди готовы выражать своё отношение к происходящему любыми законными методами, в том числе, участвуя в региональных и федеральных выборах. Других способов докричаться до государственных структур, отвечающих за нашу отрасль, мы уже найти не можем», - заключил Валентин Балашов.